Чaйник из Цзяньшуй (провинцыя Юнань), из фиолетовой глины Цзы тао, oдногo из четырех главных pегионов по пpоизвoдству кeрaмики в Китае.
Форма Дэ Джун (колокол добродетели) Технически идеален Люфта крышки нет, притёртость и струя отличные, крышка уже пытается прилипать Объём 150 мл Сито птичья клетка Водяной замок
Прекрасный чайничек выполненный в древнем стиле, мастер вдохновлелся древними музейными образцами династий Чжоу и Хань. Этот чайник очень фактурный, он похож на предмет который только что был найден на раскопках, мастеру удалось передать это, цвет и стиль сосуда из окисленной меди, текстура на ощупь шершавая и очень интересная тактильно. На корпусе нанесена каллиграфия архаичным древним подчерком Чжуань. Полное ощущение состаренного предмета видавшего виды. Крышка притерта прекрасно и уже пытается прилипать.
Нанесены на корпусе знаки большой или великой печати’: [Цзюнь цзы со, ци у и] “Для благородного мужа нет места праздности”, или “Путь благородного мужа зиждется на отказе от праздности”, или более лаконично: “Совершенный муж чужд покою”
Образ — это символ источника, глубины, неизменной истины и центра мироздания, космическая, созидательная и упрямая сила ян. Соединение их в форме сосуда для воды и чая — это алхимическое действо, где архаичный ритуал где бронза служит повседневному пробуждению чая.
О мастере:
Окончил Хунхэский национальный педагогический колледж по специальности декоративно-прикладное искусство. Обучался у мастеров Ян Шу и Лю Гоцюань, последовательно осваивая живопись, гончарное формование и другие традиционные техники. С тех пор постоянно работает в сфере цзяньшуйской фиолетовой керамики. Цзяньшуй в состаренной бронзе. Форма названа мастером как Фу Ши, «Лев счастья». В китайской традиции лев не зверь, но страж: он охраняет входы, отводит беды, приносит удачу. Здесь же он словно присел на плечо чайника, чтобы оберегать само действо чаепития — тот миг, когда человек остаётся наедине с тишиной или встречает дорогого гостя. Стиль древней бронзы — это не внешнее украшение. Это память о ритуале, о времени, когда сосуды были не просто утварью, но посредниками между человеком и небом. Цзяньшуйская глина, пройдя огонь, обретает строгость металла, но сохраняет тепло земли — так сила соединяется с мягкостью. Техника дуй дяо — объёмная лепка — придаёт фигуре льва почти скульптурную глубину. Он не нарисован, он выступает из глины, как судьба проступает сквозь череду дней. В этом — напоминание: истинная защита не внешняя, а та, что становится частью самого сосуда. "В этом сосуде — защита, переданная через руки мастера. В его форме — возвращение к истокам. В его назначении — пожелание благой судьбы тому, кто прикасается к чаю."
